Главная >>> Статьи >>> История Мест >>> Тивдийские мраморные каменоломни.

Тивдийские мраморные каменоломни.

Описание

Тивдийский мрамор «…то говорит нам что-то своим рисунком, то манит своей мягкой прозрачностью, то отбрасывает своей гордой фарфоровой поверхностью лучи света» и для него «нет ни слов поэта, ни кисти художника» (А. Е. Ферсман)

Тивдийские мраморные каменоломни расположены в республике Карелия, в Прионежье, в 62 км к северо-западу от города Кондопоги, в окрестностях старинного селений Тивдия и Белая Гора, на берегах красивых озер Гижезеро, Кривозеро, Лижмозеро и Сандал.

Тивдийские мраморные каменоломни действовали в разные годы и включают в себя не менее 14 крупных и множество мелких горных выработок, пройденных на расстоянии от 1 до 10 км от села Тивдии. Самые первые промышленные разработки мрамора здесь начались в 1769 году, а последние проводились в 1930-е годы.

В Тивдийских каменоломнях добывали для украшения дворцов и храмов Санкт-Петербурга окварцованные кальцит-доломитовые мраморы, пестро окрашенные в светло-серые, белые, бледно-розовые, серовато-розовые, розовые, светло-красные, красные, буро-красные, лиловые и сиреневые цвета. Инженер Н.В. Попов в 1902 году отмечал, что в Тивдийских мраморных каменоломнях встречается 32 сорта (разновидности) разноцветного мрамора от светлых тонов до темно-красных и темно-зеленых, но «неумелое хозяйничанье» привело «тивдийские промыслы в упадок» (4).

Большинство каменоломен района Тивдии приурочено к кальцит-доломитовым мраморам Туломозерской свиты нижнего протерозоя, к так называемым, мраморам тивдийской (белогорской) группы. Пёстрая, неравномерная окраска (розовая, красная, кремовая, кирпичная, сиреневая, бурая и т.д.) мраморов определяется содержанием в доломите и кальците тонкодисперсного гематита и объясняет высокие декоративные свойства камня. Особенностью тивдийских мраморов является высокое содержание в них кварца (от 1.5 до 59 %), по причине чего камень трудно пилился, а его полированная поверхность, по словам профессора Булаха А.Г., проявляла «шагреневый», т.е. точечно-бугристый эффект.

Тивдийские мраморные каменоломни. Автор Борисов И. В., изображение №1

Считается, что мрамор у села Тивдии, на Белой горе, впервые был обнаружен в 1757 году выходцем из соседнего села Лычное на озере Сандал новгородским купцом Иваном Мартьяновым и олонецким крестьянином Иваном Гриппиевым (3).

Регулярная разработка мрамора в окрестностях села Тивдия для украшения дворцов и храмов Санкт-Петербурга началась после известного указа Екатерины Великой от 19 января 1768 года. Уже весной 1768 года сюда из столицы выехали два «итальянских каменоломщика и камнесечца» с целью отбора проб мрамора (1).

В начале 1769 года для организации мраморных ломок в Тивдию приехал капитан горного корпуса Зайцев. Не дожидаясь постройки новых зданий, он нанял помещения бездействовавшего Тивдийского стального и молотового завода. Тогда же на склоне Белой горы, в 1 км к северу от села Тивдия, были заложены первые каменоломни, находившиеся вначале в ведении канцелярии Олонецких Петровских заводов, а с середины 1769 года – под управлением Комиссии по постройке Исаакиевского собора (4).

К востоку от них, на противоположном берегу озера Гижезеро, стал строиться рабочий поселок Белая Гора, куда с Урала в 1770-е годы приехало несколько партий семейных рабочих, знакомых с гранильным и каменотесным делом. Кроме того, к мраморным ломкам было приписано несколько сот крестьян из разных мест Петрозаводского уезда.

Свое название поселок получил от Белой горы, расположенной напротив через узкое озеро Гижезеро, а упомянутая гора – по цвету слагающего её бледно-розового внутри, а снаружи светло-серого мрамора. Правда, белой эта гора теперь кажется только издали, и

то не везде – только в обрывах. Поверхность же большей части Белой горы выглядит темной от растительного налета.

На горе Белой находились самые старые и крупные каменоломни, в которых с 1769 по 1850-е годы выламывали мрамор 7 сортов – белый; красный жильный (с темно-красными жилками на светлом); красный (темно-красный, буровато-красный с белыми пятнами); «чернобровый» (похожий на темно-красный, но с более контрастными цветами); бело-розовый; пёстрый (с белыми и розовыми пятнами) и «шпатовый» (с равномерно расположенными белыми и темно-красными пятнами). Наиболее распространенной на Белогорском месторождении была бледно-розовая разновидность мрамора, которая нашла самое широкое применение для украшения дворцов и храмов Санкт-Петербурга.

Однородные бледно-розовые, темные красно-бурые и красные, розовые с темно-красными жилками и пятнами мраморы Белой горы разрабатывались монолитами длиной от 3 до 7 м. Из них изготовлены колонны, пилястры, подоконные и половые доски Зимнего дворца, Мраморного дворца, Инженерного замка, Казанского собора, Исаакиевского собора. Из всех разновидностей мрамора Белой горы также производились предметы прикладного искусства – чаши, вазы, подсвечники, постаменты, столешницы, камины, урны, надгробия.

По данным горного инженера Комарова, в середине XIX века на горе Белой действовало 4 крупных каменоломни мрамора (5).

Тивдийские мраморные каменоломни. Автор Борисов И. В., изображение №2

Главная ломка (№ 1), называемая «Первой брешью», находилась в западной части горы в 100 м от Тивдийского мраморного завода, запущенного в 1807 году. Здесь с 1769 года добывали 4 сорта мрамора: «светло-красный», «жильный» (темно-красный с мелкими жилками), «темно-красный» (буровато-красного цвета с белыми пятнами) и «чернобровый».

Каменоломня № 2, называемая «Белогорской», располагалась также с западной стороны Белой горы, на расстоянии более 400 м от Тивдийского мраморного завода. Здесь с 1770-х годов добывали на всю высоту горы 3-4-х метровые блоки «белогорского светло-красного» мрамора бледного светло-красного цвета, с вкраплениями мелких красноватых пятен в основной серовато-белой массе породы.

Иногда здесь встречался светло-красный мрамор, похожий на тот, что добывался в первой каменоломне. Из «светло-красного» (ломка № 1) и «белогорского» (ломка № 2) мраморов были выполнены пилястры Зимнего, Мраморного и Мариинского дворцов, Казанского и Исаакиевского соборов. Такие же мраморы шли на изготовление подоконников Зимнего и Мраморного дворцов. Для облицовки полов применялись темно-красные мраморы.

В каменоломне № 3, пройденной на северном склоне Белой горы, в первой трети XIX века добывали блоки «светло-красного жильного» мрамора, в котором на светло-красном фоне хорошо были видны жилки темно-красного цвета.

В каменоломне № 4, расположенной на восточном склоне Белой горы, на обрывистом берегу озера Гижезеро, в середине XIX века выламывали небольших размеров куски «шпатового с бело-красными пятнами» мрамора.

Каменоломни Белой горы были заброшены в 1860-1870-е годы. В начале XX века они вновь ожили – тогда белогорские мраморы пошли на отделку Мраморного зала Этнографического музея.

В 1930-е годы на Белогорском месторождении массовыми взрывами недолго добывали красные и розовые мраморы для украшения станции метро «Бауманская» и Дворца Советов в Москве. Проведенные в 1980-х годах геологические работы на Белой горе показали, что после таких массовых взрывов мрамор месторождения стал годиться лишь для получения каменной крошки и мелких некондиционных блоков.

Совсем иной была технология добычи мрамора в XVIII-XIX веках, которая позволяла выламывать крупные монолиты без порчи самого месторождения. В 1780-е годы добыча мрамора на Белой горе, согласно описаниям профессора Николая Яковлевича Озерецковского, выглядела следующим образом (6).

Внизу уступа каменоломни высверливали скважины. Для этого использовали железные буравы (буры) длиной 35-70 см и диаметром 24-25 мм, с наваренными наконечниками из стали. Бурение шло вручную: один рабочий держал и поворачивал бур, другой бил по буру молотом. Для охлаждения металла и удаления шлама в скважину заливалась вода.

Затем пробуренные скажины просушали, наполняли порохом, забивали глиной, оставив отверстия для зажигания. Во время обеда или ужина, когда работники покидали карьер, «серенною светильною» зажигали порох в скважинах, в результате чего происходил взрыв и от скального массива откалывались куски мрамора.

Тивдийские мраморные каменоломни. Автор Борисов И. В., изображение №3

После уборки взорванной породы вновь бурили скважины, заряжали их порохом и отпаливали. Такую работу проводили до тех пор, пока в подножье выработки не появлялся горизонтальный ров («подгорье») глубиной 4-6 м.

Затем по той же схеме (бурение — отпалка) проходили два вертикальных рва по краям размеченного блока.

Теперь приступали к самой ответственной работе. Сверху скалы, по краю монолита, при отсутствии природных трещин, высверливали скважины на всю глубину уступа, таким образом, чтобы одна скважина шла вертикально, а остальные — под наклоном соединялись с ней. После промывки и просушки скважины заполнялись порохом и подрывались. В результате направленного и несильного взрыва большой мраморный монолит отделялся от скалы и оседал на дно каменоломни.

Если по краю блока проходила трещина, скважины не бурили, а с помощью клиньев откалывали монолит от скалы.

Добытые камни затем разделывали на нужных размеров блоки («штуки») с помощью буров и клиньев.

Далее блоки обрабатывались каменотесами по сделанным из дерева моделям, нумеровались, и отправлялись в долгое и трудное плавание на плотах и судах до самого Санкт-Петербурга. Как пишет Н.Я. Озерецковский, вначале блоки везли на паромах (плашкотах) 1.5-2 км по озеру Гижезеру до порожистой и мелководной реки Тивдийки. Здесь камни перегружали на землю и волоком тащили по бревенчатому настилу около 1 км до озера Сандал. Далее мраморные блоки грузили на паромы и широкие лодки, и везли 40 км по Сандал-озеру, 2 км — по каналу и 5 км — по озеру Нигозеро до очередного волока у деревни Кондополь (Кондопоги). Протащив по-суше около 2 км, камни на берегу Онеги-озера вновь грузили на суда, которым предстояло пройти еще сотни километров по бурному Онежскому озеру, полноводной реке Свири, своенравному Ладожскому озеру, обходному каналу и реке Неве до столицы. Уже в Санкт-Петербурге тивдийский (белогорский) мрамор подвергался окончательной обработке каменотесами и полировальщиками.

С 1807 года первичная обработка (распиловка, шлифовка и предварительная ручная полировка) мрамора стала проводиться на месте, на Тивдийском мраморном заводе.

Мы познакомились с мраморными каменоломнями, так называемой Белогорской группы. Но каменоломни мрамора также находились и в других местах, на расстоянии 1 -10 км от села Тивдии и рабочего поселка Белая гора.

С высокого обрыва Белой горы хорошо виден одноименный поселок, вытянутый вдоль восточного берега озера Гижезеро почти на 1 км. Когда-то он был гораздо большим, чем сейчас. В 1785 году в слободе насчитывалось «три конторы, три светлицы, пять казарм» и около 30 дворов, в которых проживало около 200 работников (5). 42 человека были вольными работниками (кузнецы, плавильщики, урядники), а остальные – казенными (приписными).

Сейчас Белая гора украсилась новыми дачными домами и не производит унылого впечатления, как это было несколькими годами раньше. На северном краю поселка стоит

полуразрушенная каменная церковь во имя иконы Казанской Божией Матери, построенная в 1856 году известным архитектором К.А. Тоном, автором величественного храма Христа Спасителя в Москве. Средство на строительство церкви выделило государство на основании ходатайства Министра Уделов графа Льва Александровича Перовского, побывавшего на Тивдийских ломках в 1853 году.

В настоящее время эта церковь брошена и быстро разрушается. Интересно, что в основании храма уложены блоки бледно-розового белогорского мрамора, а карнизный поясок выложен из тонких плит нигозерского шунгитового сланца.

С высоты Белой горы, в одном километре от поселка, хорошо заметна каменная громада Красной горы, с большими, почти нетронутыми залежами кирпично-красного и светло-красного окварцованного доломитового мрамора. В небольшой Красногорской каменоломне, прячущейся в лесу на северном склоне горы, добывали «красный» доломитовый мрамор буровато-красного цвета с белыми пятнами. Вторая ломка, пройденная с южной стороны Красной горы, вскрыла пестрые, светло-серые с желтоватым и красноватым оттенком, мелкозернистые мраморы. Блоки мрамора, выламываемые в этих каменоломнях, были небольшими, поэтому применялись для производства мелких изделий: ваз, постаментов и иных украшений (4,5).

В 4 км к востоку от Тивдии, в западной части озера Лижмозеро, на острове Большом Жилом, находилась так называемая, Лижмозерская каменоломня, в которой с конца XVIII века добывали блоки «пестрого» серовато-белого с темно-красными полосами и пятнами доломитового мрамора. Этот красивый камень пошел на украшение Зимнего дворца, Мраморного дворца, Исаакиевского собора и Этнографического музея. Последние горные работы на Лижмозерской ломке были закончены в 1906 году. Длина каменоломни составила 150-200 м, глубина – около 6 м (2).

Лижмозерское месторождение светло-серых, светло-розовых, окварцованных, местами брекчированных, высокотрещиноватых доломитовых мраморов поставлено на баланс запасов строительного камня – щебня.

В 3.5-4 км к северо-востоку от Белой горы на берегу Вонгубы озера Лижмозеро в начале XIX века были заложены Вонгубские каменоломни, вскрывшие толщи: красно-коричневых доломитовых сланцев; серых и розовых окварцованных доломитовых мраморов мощностью 4-5 м и светло-розовых, пятнистых, белых и бело-красных доломитовых мраморов мощностью 3 м. Бледно-розовый мрамор с этих ломок, например, был использован в XIX веке для постройки часовни в Абас-Тумани на Кавказе (2).

В 10 км к востоку от Белой горы, на северном берегу озера Лижмозеро, в 500 м к западу от устья реки Шайдомки, в середине XIX века действовала Гажнаволоцкая каменоломня, в которой добывали «синеватый» мрамор с розовыми неправильными жилами (5). Здесь, на северном берегу Лижмозера, обнажаются два горизонта доломитовых слабоокварцованных мраморов: коричневато-красных и серо-красных мощностью до 4 м и светло-серых, пестрых, розовых, темно-серых и серовато-розовых мощностью 8-9 м (2).

К северо-западу от Белогорского месторождения, на берегах озера Кривозеро в середине XIX века действовало три каменоломни: Рабоченаволоцкая, Кривозерская и Керчнаволоцкая.

Рабоченаволоцкая каменоломня располагалась в 2 км к северо-западу от Белой горы, на западном берегу озера Кривозеро, на мысе Рабочий Наволок. Здесь, по данным Комарова, добывали «светлоокрашенный ординарный» мрамор с мелкими красными пятнами на белом фоне (5). На мысу обнажаются две толщи доломитовых мраморов с высокими декоративными свойствами – пестрые брекчиевидные (вверху) и буро-красные, светло-розовые, желто-розовые, темно-розовые (внизу).

Кривозерская каменоломня была заложена в 3 км к северо-западу от Белой горы, и в 1850 году имела вид ям небольшой глубины. Здесь добывали мрамор «светло-красный с темно-красными жилами», в которых на красновато-белом фоне видны были извилистые

жилки буровато-красного цвета. Длина выламываемых блоков в среднем составляла 1.5 м (5).

Керчнаволоцкая ломка находилась в 5 км к северо-западу от Белой горы, на восточном берегу озера Кривозеро. Здесь в середине XIX века выламывали «красный сургучевый» мрамор с ярко-красными округлыми пятнами, рассеянными на светло-сером фоне (5).

Необходимо отметить, что на Кривозерском месторождении, на берегах Кривозеро и на одном из его островов, с конца XIX века кустарно разрабатывались для мелких поделок декоративные доломитосодержащие массивные мелкозернистые сланцы с раковистым изломом, окрашенные в темно-серый, серый, зеленовато-серый и розовато-серый цвета. Эта декоративная порода получила название «кривозерит» (2). Она эпизодически разрабатывалась до конца 1930-е годов.

Каменоломни мрамора на берегах озера Кривозера работали недолго, так как были подтоплены водой после постройки плотины на реке Тивдия с целью увеличения мощности мраморного завода.

В 10 км к югу от Тивдии, в северо-западной части озера Сандал, на высоком острове Карьеострове в конце XVIII- первой половине XIX века действовала Карьеостровская (Кариостровская) каменоломня, в которой добывали «мясной с полосками» доломитовый мрамор красно-бурого, розового, розовато-красного, вишневого и малиново-красного цвета, пятнисто-полосчатого, струйчатого и брекчиевидного рисунка. Этот камень использовался для украшения Зимнего дворца, Мраморного дворца и Исаакиевского собора (5).

На берегу озера Сандал, напротив деревни Палосельга, на небольшой возвышенности высотой до 2-4 м находилась еще одна каменоломня –Палосельгская. Здесь в середине XIX века с поверхности добывали совсем небольшие блоки мрамора «суричного цвета», содержащего много прослоев глинистого сланца (5).

На Палосельгском месторождении среди слюдисто-кварцевых сланцев и метадиабазов залегали линзы «палосельгской плиты», состоящей из окварцованных доломитовых мраморов темно-красного, оранжево-красного, кофейного и сиреневого цветов мощностью 1-5 см. Эта «палосельгская плита» кустарно разрабатывалась до 1941 года в качестве поделочного и плитчатого камня (2).

Самая дальняя каменоломня мрамора находилась в 45 км к северо-востоку от Тивдии, вблизи деревни Пергуба в Большой губе Повенецкого залива. В Пергубской каменоломне добывали в начале XX века «светло-красный» окварцованный доломитовый мрамор с буро-красными неправильными пятнами, рассеянными в светлой массе (5). Этот мрамор, например, использовался для облицовки пола Мраморного зала Этнографического музея в Санкт-Петербурге.

До 1807 года весь добываемый в районе Тивдии мрамор после черновой обработки каменотесами отправлялся на окончательную доработку в столицу. В 1807 году на реке Тивдия, недалеко от Белой горы, был построен мраморный завод, называемый Тивдийским, а иногда, Белогорским. На заводе имелось два отделения – одно для механической распиловки и шлифовки камня, другое — для полировки ручным способом. Пилы, количество которых поначалу достигало десяти, приводились в движение водяной мельницей, устроенной на реке.

Мрамор, смачиваемый водой, разрезался металлическими пилами с кварцевым песком, используемым в качестве абразива. В силу высокой твердости тивдийских (белогорских), кривозерских, лижмозерских и сандалозерских мраморов, камень распиливался пилами, предназначенными для обработки гранита (3).

На Тивдийском мраморном заводе помимо мраморов из Белогорской, Красногорской, Вонгубской, Гажнаволоцкой, Лижмозерской, Рабоченаволоцкой, Кривозерской, Керчнаволоцкой, Кариостровской, Палосельгской, Пергубской каменоломен, обрабатывали также розовые и малиновые кварциты Шокшинского

месторождения, декоративную буровато-зеленую вулканическую брекчию из окрестностей Соломенное, черный шунгитовый («аспидный») сланец Нигозеро и другие горные породы.

В 1816 году на Тивдийском мраморном заводе по утвержденному штату было 3 мастера, 56 мастеровых. В работу шли с 16 лет и служили 25 лет, после чего выходили на отдых с пенсионом 2/3 получаемого жалования, либо продолжали работать еще 8 лет.

В 1816 году к заводу по государственному указу были приписаны крестьяне: 500 человек мужчин, 200 женщин и 120 детей (3).

С 1844 года на предприятии стали работать и вольнонаемные.

В 1845 году после большого пожара Тивдийский мраморный завод был реорганизован и расширился. В середине XIX века здание завода представляло собой большое деревянное помещение, в котором помещалось «вододействующее наливное колесо диаметром более 6 м, приводящее в движение 12 рам и 40 пил, смотря по надобности» (5).

В 1840-1850-е годы, при управляющем Иване Христофоровиче Берге, для увеличения мощности завода была построена плотина, а русло Тивдии превратили в канал.

Расцвет деятельности Тивдийского мраморного завода пришелся на время строительства в Санкт-Петербурге четвертого по счету Исаакиевского собора (архитектор О. Монферран) в 1840-1850-е годы. В это время производство находилось в руках подрядчика отставного капитана путей сообщения Дершау. На заводе работало уже около 100 механических пил, фабрика для ручной отделки изделий, кузница, специальная пристань и другие службы. Число крестьян и членов их семей, приписанных к заводу, в это время достигало 820 человек.

С 1844 года, с поступлением Тивдийских каменоломен в ведение Комиссии по строительству Исаакиевского собора, все добытые блоки, по привидении в надлежащие размеры, шлифовались только вчерне. Окончательная их шлифовка и полировка осуществлялась уже в Санкт-Петербурге.

В 1850-1854 годах на Тивдийском заводе работало около 100 вольнонаемных – жителей Олонецкой губернии, Петрозаводского и Каргопольского уездов. Плата от подрядчиков, как казенным мастеровым, так и вольнонаемным была разная. Шлифовальщики и каменотесы получали соответственно до 30 и 25 рублей за штуку камня, а буровщики – до 10 рублей в месяц (5).

Помимо крупных заказов (пилястры, колонны, облицовочные плиты, подоконные доски) мраморы Тивдийских каменоломен шли на изготовление предметов прикладного искусства: пресс-папье, пепельниц, вазочек, ваз, стаканов, украшений для столов-кубиков, подставок для часов, столешниц, каминов, пьедесталов, надгробий, урн и т.д. Эти предметы производили как на самом заводе, так и кустарно местные жители. Изделия олонецких мастеров по камню вывозились в Санкт-Петербург, Повенец, Петрозаводск, Вытегру, на Шунгскую ярмарку и в Финляндию (3).

Тивдийские мраморные каменоломни. Автор Борисов И. В., изображение №4

При управляющем И. Х. Берге лучшим мастером-камнерезом на заводе был Матвей Иванович Петров, лично знакомый с мастером Петергофской гранильной фабрики Григорием Пермикиным. Матвей вырезал такие фигурки зверей и птиц, что они казались почти живыми. По рекомендации Берга Матвей получил хорошее образование в Санкт-Петербургской школе по обучению ваянию и скульптуре.

Многие предметы прикладного искусства (вазы, камины, пьедесталы, надгробия и др.) были изготовлены на Тивдийском мраморном заводе в 1830-1840-е годы по рисункам главного архитектора Исаакиевского собора Огюста Монферрана. Первая партия из девяти «разных цветов небольших мраморных ваз» с Тивдийского завода была доставлена в Санкт-Петербург в сентябре 1830 года.

В 1834 году для отправки художественных изделий в столицу потребовалось уже 90 ящиков, в которые упаковали 226 штук изделий, значительная часть которых (80 штук) была выполнена по проектам Монферрана (7).

С 1831 по 1834 годы в магазинах Санкт-Петербурга продали более 100 предметов прикладного искусства, изготовленных в Тивдии. Но вырученные суммы не покрывали расходов.

В 1836 году из Тивдии в столицу было отправлено еще 68 ящиков с мраморными изделиями, включавшими камины, вазы, чаши, урны, надгробия, подоконные доски, столы, подсвечники, солонки, тушевки, пьедесталы – всего 133 предмета.

Изготовление предметов прикладного искусства на Тивдийском заводе прекратилось в 1840-е годы, но продажа имеющихся изделий велась до 1859 года.

По окончании строительства Исаакиевского собора и передачи Тивдийского завода с каменоломнями в ведение Кабинета Его Величества в 1857 году, крупное производство мрамора в Тивдии долго не возрождалось. Мраморное дело стало приходить в упадок. К 1857 году население поселка Белая Гора сократилось до 186 человек (3, 4).

В 1861 году Министерство государственных имуществ упразднило Тивдийскую экспедицию. Разработка мрамора практически прекратилась. Завод обветшал и в 1863 году был закрыт.

С 1867 года Тивдийские ломки стали сдаваться в аренду.

После долгого бездействия, в январе 1887 года мраморные каменоломни района Тивдии взял в аренду на 24 года камер-юнкер двора В.В. Савельев.

Еще раньше, в 1880 году, Савельев запустил заброшенный мраморный завод. В деревянном здании завода располагались один станок для распиловки мраморных плит, два станка для полировки и ручной отделки мраморных изделий. Предприятие выпускало подоконники, столы, камины, надгробия, а также щебень на мраморные плиты для полов.

Но Савельеву не везло. На заводе случился пожар, потом молния ударила в его собственный дом. В 1893 году Савельев отказался от аренды Тивдийских каменоломен, и они перешли в пользование «Товарищества Ломбард».

Большие работы на мраморном заводе долго не проводились, вплоть до 1901 года, когда в Санкт-Петербурге начались работы по отделке Этнографического отделения Музея Александра III (Этнографического музея). По замыслу архитектора В.Ф. Свиньина при строительстве здания музея использовали только российские материалы.

В.Ф. Свиньин сам участвовал в разработке мрамора в районе Тивдии. Вместе с инженером Н.В. Поповым он спроектировал станки для обработки мраморных плит и колонн. Только подготовительные операции по выломке мраморных монолитов необходимого размера и качества заняли около года упорных трудов. Затем был произведен тщательно рассчитанный аккуратный взрыв, в результате чего было получено несколько монолитов, достаточных для изготовления колонн, пилястр и облицовки пола (4).

После отделки Этнографического музея (1906 г.) Тивдийские мраморные ломки вновь были надолго забыты. Тивдийский мрамор потребовался лишь однажды, когда советское правительство решило удивить мир грандиозным строительством Московского метрополитена. Но проведенные в 1930-е годы на крупнейшем Белогорском месторождении массовые взрывы сделали непригодным к дальнейшему использованию для облицовочных работ огромный массив удивительного по красоте мрамора.

Тивдийские мраморные каменоломни, включающие десятки различных по размеру и конфигурации горных выработок (траншеи, полутраншеи, карьеры), в настоящее время рассматриваются как уникальные техногенно-природные ландшафты Прионежья, и должны быть объявлены памятниками историко-культурного (горно-индустриального) наследия республики Карелия.

На сегодняшний день таким статусом обладают, пожалуй, только каменоломни Белой горы, а остальные – находятся в забвении, либо, в лучшем случае, — на балансе запасов. Месторождения мрамора района Тивдии содержат еще большое количество полезного сырья – разноцветных декоративных мраморов, пригодных не только для производства щебня, но и для облицовки и украшения различных сооружений. Необходимо провести специальные исследования с целью выявления старинных каменоломен, подлежащих охране и музеефикации как памятников истории горного дела.

Уже многие десятилетия на каменоломни Белой горы проводятся экскурсии для специалистов-геологов, студентов и туристов. Несколько лет сюда организовывала туры санкт-петербургская туристическая фирма «Эклектика».

С 2017 года по инициативе Ильи Швецова каменоломни Белой горы стали приводится в надлежащий вид — для массового туриста. Теперь место добычи белогорских мраморов можно легко посетить. Для этого надо переплыть озеро Гижозеро на комфортабельном плоту, изготовленном в городен Выборге, и прогуляться по расчищенным тропинкам «Главного» карьера. По высоченной многомаршевой лестнице можно подняться на вершину Белой горы, откуда открываются неповторимые ландшафты Белогорья.

Тивдийские мраморные каменоломни. Автор Борисов И. В., изображение №5

 

В деревню Белая гора можно приехать самостоятельно в любое время года. Лучше, конечно, летом, в пору белых северных ночей. Переночевать можно по договоренности в одном из домов. На рассвете вы можете увидеть, как первые лучи солнца коснутся скальных обрывов горы Белой за озером, и древний карельский мрамор оживет и заиграет своими красными и розовыми красками. И тут обязательно вспомнятся колонны и пилястры Мраморного дворца, изготовленные из мрамора Белой горы — они также реагируют на первые лучи солнца, загораясь мягкими розовыми всполохами. На душе будет светло и радостно, ведь вы побывали на родине самого красивого карельского мрамора – в Белой горе, в Белогорье.

Литература:

  1. Алопеус С. Краткое описание мраморных и других каменных ломок, гор и каменных пород, находящихся в Российской Карелии. СПб., 1787.

2. Борисов П.А. Каменные строительные материалы Карелии. Карельский филиал Академии наук, Петрозаводск, 1963.

3. Булах А.Г., Абакумова Н.Б. Каменное убранство центра Ленинграда. ЛГУ, Ленинград, 1987.

4. Булах А.Г., Борисов И.В., Гавриленко В.В., Панова Е.Г. Каменное убранство Петербурга. Книга путешествий. «Сударыня», СПб., 2002.

5. Комаров. О строительных материалах Олонецкой губернии //Горный журнал. СПб., 1851.

6. Озерецковский Н.Я. Путешествие по озерам Ладожскому и Онежскому. СПб., 1792, 1812.

7. Шуйский В.К. Огюст Монферран. «Центрполиграф», Москва-Санкт-Петербург, 200



Достопримечательности Карелии на карте
Автор:



Вы можете преложить свои правки, написав автору статьи или пользователю Redactor
Авторизация
*
*
Войти через Вконтакте
Регистрация
*
*
Войти через Вконтакте
*
Пароль не введен
*
captcha
Генерация пароля